Он говорил непринужденно, словно о чем-то постороннем, вроде приближающегося сезона ураганов, но его новость была сногсшибательной. Ужасной. В нее невозможно было поверить. Эта новость ошеломила ее, потрясла до глубины души. Не жалость ли повлияла на ее решение? Не сочувствие ли привело ее в его постель?

Боже, почему она не может вспомнить?

Еле передвигая ноги, она вошла в гостиную — может, хоть там что-то поможет ей разобраться в произошедшем. На полу она обнаружила свои небрежно сброшенные босоножки, в кресле — платье и кардиган. На журнальном столике перед диваном — два стакана и открытая бутылка с остатками виски. Подушки на диване разбросаны и измяты, как будто на них долго барахтались.

Ну да: это, конечно, они с Джеем устроили этот кавардак.

Она вернулась в спальню, нашла дверь в ванную комнату и даже умудрилась бесшумно закрыть ее за собой. Предосторожность, оказавшаяся излишней, поскольку через секунду ее уже шумно выворачивало над унитазом. Она корчилась от спазмов, скрутивших живот, из горла извергались потоки желчи с запахом виски. Брррр! Она ведь ненавидела этот напиток, а теперь уж точно никогда к нему не притронется!

В зеркальном шкафчике над раковиной она нашла зубную пасту и указательным пальцем вычистила зубы и десны, чтобы избавиться от мерзкого привкуса во рту. Стало легче, но ненамного, и она решила принять душ. Он наверняка поможет ей прийти в себя, возможно, она почувствует себя увереннее и сможет посмотреть в глаза Джею, не слишком смущаясь того, что произошло этой ночью.

Душевая кабина была отделана плиткой, головка душа вмонтирована в потолок. Она намылилась и сполоснулась несколько раз, особенно тщательно терла между ногами. Вымыла шампунем голову.

Выйдя из душа, она решила не оттягивать неизбежную встречу с последующим разговором. Скорее всего, Джей уже давно проснулся. Она оделась, причесала мокрые волосы его щеткой, глубоко вздохнула, собирая в кулак всю свою храбрость, и открыла дверь ванной комнаты.